ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава

Черепичная крыша, и над нею звезда.

Никогда не увижу. Никогда, никогда.

В небе не было звезд. Они все, без следа,

Разбежались издавна, непонятно куда.

Оставалась одна. Тебе, для меня.

Не желала гасить голубого огня.

Над тобой, нужно мной, над горбатой трубой,

Зажигался зрачок – светлячок голубой,

И пора ему скрыться. Погаснет ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, – и нет

10 безвозвратных, оборванных лет.

Черным дымом во тьму покатилась звезда.

Темный дым я возьму. Навечно, навечно.

ПОСЛЕ ЕГО УХОДА

Я в одиночество вошла,

В глубочайший омут.

Какая тишина, какая темнота

В пустыне комнат!

Вся мебель ссохлась от тоски

И стала старенькой, –

Нагроможденные пески

Посреди Сахары!

Уснуло кресло. Шкап уснул.

Кровать не дышит.

На ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава улице и шум, и рокот, –

Песок не слышит.

И я не слышу… Знаю только,

Что там – живы…

Душа, душа! Ты тоже спишь,

Как в летаргии.

ПО СЛЕДАМ

Мне не жутко по снегу идти,

Индифферентно, к каким пределам.

Пропали земные пути

В бессолнечном свете белоснежном.

Тишь, тишь навек.

Я вошла в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава глубокую зиму.

Но идет впереди Человек,

И не удивительно, что он – незримый.

Не очами вижу, – душой,

Ощущаю душой, не телом, –

Мягенький след от ноги большой

На снегу отпечатался белоснежном.

Ступает моя нога

Доверчиво в след готовый.

Его заметут снега,

Тогда и появится новый.

Я иду сейчас назубок,

Только ноги переставляю.

Не завязну, не ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава провалюсь,

А куда Он ведет – не знаю.

ПАРКИ

У забора

Скоро, споро

Злословят спицы.

В темной дырке, в темной арке

Шепчут парки,

Кружевницы.

Спица вниз.

Спица вбок, –

Бабка Пик,

Бабка Хок.

Острый поворот —

3-я – бабка Тод [6].

Это было на бумаге,

В старенькой книжке, в старенькой Праге, –

Не былина, не поэма,

Это – книжка про Голема ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава.

Спица вниз,

Спица вбок,

Бабка Пик,

Бабка Хок,

Острый поворот —

Имя третьей – Тод.

Спицы в резвом пересвисте

Бьются.

Старенькые глупо смеются:

Над рожденьем, над убийством,

Над архангелом, над грязюкой,

Как будто всё всюду равно, –

Верх и дно!

Заплетают вязью,

Мир вплетают в нити,

Божий, чертов, наш, –

В узорчатую ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава блажь.

Спица вниз,

Спица вбок…

Бабка Пик,

Бабка Хок…

Острый поворот –

Имя третьей – Тод.

В резвом пересвисте

Беспокойных спиц

На земле лежит клевер, –

Тень от темных кружевниц.

МУЗЫКА МОЛЧАНЬЯ

К пустынной поляне аллейки вели,

На ней незабудки цвели,

Но не был лохматый ковер голубым…

Таким может быть только дым,

Когда, освещенный подземной луной,

Он ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава дремлет над земной глубиной,

И небо в Неве, и Нева в небесах

Купаются, как в зеркалах, –

Что кануло в воду, – встает из нее, –

У их освещенье свое!

Гранитной гаммой лежат берега,

С палитры текут жемчуга.

Они, растворяясь, пылают, не горя, –

Своя в их таится заря,

И в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава этой живой, затаенной заре

На спящем цветочном ковре

Стоит изваянье из пены морской

И белоснежную скрипку рукою

К плечу поднимает… Деревья кругом

Смотрят за неподвижным смычком…

Но музыка, музыка, – где же она?

Ее сделала тишь,

Неслышная палитра жемчужных тонов,

Струящихся повдоль берегов.

Вся белоснежная ночь этой политрой звучит…

Пусть белоснежная скрипка молчит…

ВОСПОМИНАНЬЯ

Воспоминанья молвят ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава со мной,

Откликнуться торопятся ежеминутно.

Их, как ладьи, гонимые волной,

Ко мне приводит ветерок попутный.

Воспоминанье – парус и крыло,

Вернувшаяся в гавань жизнь 2-ая,

Оно со мною рядом прилегло,

Когда засну, заснет, не умирая.

Оно поет, а музыка чиста,

Нигде не заглушённая упреком.

Чужая и своя неправота

Явились в нем спасительным уроком ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава.

Приблизилась прощальная пора

И, может быть, недолго жить осталось.

Сейчас я вижу, как зерно Добра

Лежало в том, что только злом казалось.

Как шелуху отбросив, прорасти

Зерно искусно солнечно и просто,

Когда я шла по новенькому пути,

Пристально прислушиваясь к росту.

9 июля 1979 Ленинград

ПОМОЛИТЕСЬ ОБО МНЕ

Помолитесь обо мне святым,

Тихим Саввам, Титам, Иоаннам,

Босым ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, хорошим и обычным…

Помолитесь также безымянным,

Как лесные листья, что, шурша,

Осыпаясь, падают… И самым

Одиноким, умеренным, чья душа

Странствует по уцелевшим храмам.

И большущим, суровым, что от бед

Монастырские хранят ворота,

И позабытым, для которых нет

Ни лампад, ни свечек, ни киота…

И таким, что в ночь ушли, как дым ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, –

Нашим воякам, в полях упавшим…

Помолитесь обо мне святым,

Стороне Русской просиявшим.

1948 либо 1949 Париж

ПЕРЕВОДЫ

Из Миши Ланга

(С британского)

Весенние ВОДЫ

Растворил я не так давно окно… Под окном,

Сжимая кольцом, обнимая мой дом,

Вешние воды, в печали глубинной,

Навстречу Закону летели с повинной.

О нет, ни за что, никогда, никогда

Не вышла бы, русло ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава покинув, вода,

Не стала бы мчаться, метаться по ниве,

Ища оправданья в вешнем разливе!

Мы – одичавшие волны, мы тащим с собой,

Через глину и слякоть, цветок голубой,

Зеленоватую ветку и корешки кустика,

И мертвого вослед им кидаем кота…

И вот, изумрудный, любимый луг,

Промокший и сероватый, темнеет вокруг ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава –

Мечта юная, которой мы жили,

Желали обнять и, обняв, задушили…

Мы разочарованы сами внутри себя,

В ничем не насыщенной нашей судьбе,

Закона не выполнив, дела не сделав,

Мы слепо достигнем последних пределов

И, хлынув назад, дойдем до русла…

И щепки на гребнях, и в сердечко – зола…

Мы горьковатый удел пораженных узнали ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава,

Теряли навек, до того как обретали…

И тяжко утомились

О, даждь нам. Творец,

Узреть размеренную зыбь, в конце концов,

Услышать безбурное наше журчанье,

Любуясь травкой, растворяясь в молчаньи

Закатного часа, когда над рекой,

Как после обедни, величавый покой…

1964, Майами

ПЕРЕМИРЬЕ ЧЕЛОВЕКА

Низвергнут Зверек… и, как бессильный пленный,

К моим ногам свалился ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, сраженный, ниц:

Пустая догма и слепой священник

Бегут во мрак, не поднимая лиц…

Но ОН стоит и рук могучим взмахом

Поддерживает в небе звездный ход.

Он был – мой отпрыск, рожденный старым ужасом.

Сейчас – мое рожденье и восход…

Весь небосклон умирал в лицо мне разом,

Единым словом – Логос, и в ответ,

Через вихри солнц ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава и плавный ток планет

Мои уста ему произнесли – Разум…

«Отец?!» – ОН задумывался, я ответил – брат!

И эхо повторило нас стократ.

Мы копья подняли, глаз в глаз, сердито,

И каждый в жизнь пошел методом другого.

Так должен сделать ты, о человек:

Лицом к лицу встречая Государя,

Стой на собственном ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, как горная лавина,

Ногами в твердь, не опуская век,

Стой на собственном, отца не видя в брате,

Не сгорбив рабски перед ним плеча

И руки уложив на рукояти

Высочайшего, двугранного клинка!

1964, Майами

Из Райнера Мария Рильке

(С германского)

Погибель ПОЭТА

Его лицо бледнеющее стынет

Посреди подушек… Безглагольный лик,

Отбросив жизнь, на данный момент ее ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава покинет,

И время индифферентно опрокинет

Всё, что он знал о ней, вспять, в источник.

О, кто усвоит в прохладный час конца,

Что из земных бессчетных орнаментов,

Глубин, высот, потоков и просторов

Изваяны черты его лица?

Всё то, что полностью отражено

В погасшей маске, нежно-беззащитной,

Еще зовет, еще не смущено,

Еще живет в рассеянности слитной ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава.

Но плавненько отдаляясь навечно,

В последней тиши безгласно лежа,

Его лицо открытое похоже

На сердечко оголенное плода.

И медлительно, будто бы с сожаленьем,

Легчайший воздух льется с высоты,

И на лету трусливые черты

Чуть задев, туманит первым тленьем.

ПРЕДОК

Предок – его названье.

Где и когда появился

Корень? База зданья?

Сокрытый ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава в веках источник?

Каски схваток… Хор

Гулких рогов охоты…

Всплески ссор в семье…

Братья… Супруги… Заботы…

Тише… Святей… Беспутней…

Дамы, как будто лютни…

Хваткие, переплелись

Ветки от дней без срока.

Ветку одну бы ввысь,

Свободную, сиротливо!

Скольким дано сломиться!

Эти падут и те,

Чтоб одной пробиться

К солнечной высоте.

Чтоб, оставшись сирой,

Корешки отбросив, ветвь

Легкой ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава взлетела лирой

И начала звенеть…

СИБИЛЛА

Сызвека считали старой…

Крепкая, она всегда жила.

Проходила тою же деревней

Каждый денек.

Другой закон числа

Применили к ней и, в ужасной смете.

Стали деньки равнять шагам веков,

Как деревьев возраст…

Но она

Всё на том же месте, вечерами,

Высилась над судьбой земель,

Спалена, источена ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава годами,

Темная, ровная оплот.

Вкруг нее, то буйно, то утомилось,

Бились, трепеща, крича не в лад,

Все слова, что в мире раскидала,

Разметала, не приняв вспять.

А другие, заглянув ей в глаза,

Тихой стаей замолчавших птиц

Забивались в глубь ее глазниц,

Полных тени и готовых к Ночи.

В ЗЕРКАЛЕ ПИСЕМ [7]

(1968-1980 гг.)

Мария ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Вега! Окликаю

Вас, как высшую звезду!

Да, Вы – звезда, да, Вы – такая,

И я Вас на земле найду.

Светлана Соложенкина

1.

19 февраля 1968 Берн

Дорогая Светлана Львовна!

Как я получила Ваше письмо и книгу с фото, я в их ушла полностью и провела с ними несколько восхитительных дней…

Ваше красивое стихотворение, посвященное мне, меня и ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава растрогало, и обрадовало. Это таковой жаркий, искренний и родной отклик из Отчего Дома, на целую длинноватую жизнь вдалеке от него, что ощущенье раскрытой двери, в которую входишь, возвратившись из скитаний, меня сейчас не покидает. Наш общий Отчий Дом подал мне символ через Вас: в Вашем лице сама ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Родина заговорила со мною, с осознанием, утешеньем, надеждой и дружбой. Мне очень тепло от Ваших стихов, от письма, от того, что Ваша карточка стоит передо мною. Естественно, если попаду в Москву, обязательно к Вам явлюсь, и как всё будет по-настоящему, по­родному, по-дружески, от Вас ко мне и ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава от меня к Вам!

Что касается книги, – мы с супругом не раз перечитывали ее, и поврозь, и совместно, отметив, сначала, тот великодушный ход незапятнанного стиха, который всё далее и далее уходит из российской поэзии. У тех, кто его еще кое-как поддерживает, он звучит сухо и скучновато, в большинстве ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава случаев в разлад с идеей и образом. В Вас очень ценна гармония формы с музыкальностью, образом и идеей, и та короткая, легкая точность, с которой стих ложится на бумагу…

Очень прошу Вас, дорогая Светлана Львовна, не порывать установившегося контакта и посылать мне стихи. Ведь это – жива вода!

Мы ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава «едем» в Москву не 1-ый год и никак не можем доехать. Но этот год очень просветлел и, кажется, будут устранены несносные и несуразные препятствия к нашей поездке.

Желаю Вам всего, всего хорошего и снова большущее спасибо!

Ваша Мария Вега (Ланг)

2.

10 апреля 1968

Дорогая Светлана Львовна!

Благодарю Вас очень, очень за ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава такое расчудесное письмо и за присылку фото. Для меня всё это было большой радостью, и, по правде говоря, меня всё время так тянет глядеть на Урал, на рябину, на Светлану в ватнике, перечитывать письмо и стихи, что я всю свою работу делаю, спустя рукава, а ее ужасное количество, в особенности ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава переводов на французский самой себя, и все к сроку, я же всюду и везде только и делаю, что опаздываю. Но по не так принципиально. Еще важнее – удовлетворенность внезапно отыскать, и тридевять земель, такового родного человека и так им насквозь прогреться, как я прогреваюсь всем, что от Вас ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава приходит.

Стихи Ваши, чем больше вчитываюсь, тем больше люблю Всем своим существом понимаю, что вам это главное, так как я такая же, и стихами одержима при всех обстоятельствах и в самые внезапные минутки…

Как непохожа Ваша жизнь на Родине на всё то, к чему мы привыкли в так именуемом ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава «рассеянии»! Что втолкуете людям, которые в школах зубрят на всю жизнь такие пышноватые прописи, как к примеру: «Лучшим прототипом житейского изложенья мир считает Шатобриана», и ученикам ставят отметки зависимо от того, как они подражают стилю Шатобриана. Никто тут не усвоит, что можно писать работу о подходе поэта к природе и об ее ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава изображении в стихах, так же, как неясно существование какой бы то ни было литературной школы и уж тем паче института.

Меня очень тревожит и интересует, что Вы написали либо напишете в собственной диссертации на эту восхитительную тему о поэте природе. Мы с супругом за данную тему ухватились и ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава проговорили целый вечер. Можете ли мне, если не прислать копию (вот какая я стала требовательная!), то хоть кратко написать, как Вы этот вопрос разрешили. Любопытно, вообщем, знать, чего ожидают от русского поэта.

Меня поражала, и в Париже, и в Америке, та алчность, с которой там набрасываются на приезжающих русских ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава поэтов, Время от времени сдается, что это обычное любопытство, как к новенькому блюду, но российская поэзия никак не отражается на иноземцах, которые всё больше уходят в заумность и бред. Во Франции, где Евтушенко осаждали чуть ли не с стычками, после него начали в особенности возносить Превэра: «Вот это новатор! Какая ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава смелость! Как он ушел вперед от рутины!» А вся его смелость в наборе неописуемых слов и полном отсутствии символов препинанья, так что не осознать, где фраза начинается и где кончается… Тут на поэзию глядят как на абстрактную живопись: вам что-то дали, извольте сами осознавать и толковать…

Заговорив о ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава живописи: очередное звено, связывающее меня с Вами! Я отрисовывала с самого ранешнего юношества, унаследовав эту способность от отца, который был очень одарен и обладал «абсолютным слухом» в красках, как музыкант в музыке. В Париже, за длительное время до гитлеровской войны, получила диплом парижского Салона и потом не ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава раз выставляла в личных галереях, но наряду с этим урывала время, чтоб работать в школах-студиях, изучая натуру и т.д. Больше всего меня всегда тянуло к театральным декорациям. После войны мне удалось поставить в одном из театров, где повсевременно игралась российская труппа, три моих пьесы, к которым все декорации ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава я сделала своими руками. Комната, в какой я их делала, была малая, а сцена – 14 метров ширины на 9 глубины, и к тому же высочайшая. В пьесе, нуждавшейся в очень тяжелом оформлении, было надо, в последнем действии, дать полустанок в сумерках и глубокую даль с буграми и уходящей вдаль дорогой, где загораются ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава сигнальные огни, зеленоватый и красноватый. Развернуть «даль» на всю ширину сцены и не ошибиться в размере и четком месте, где мигают огни, было делом незапятнанного вдохновения. Я прикрепила к древесной распялке две малеханьких лампочки от карманного фонарика и вымазала одну зеленоватым, другую красноватым, провод был спрятан за «холмом ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава» и предстоящее я поручила театральному электротехнику, который достаточно скептически повертел в руках эту необычную небольшую штуковину… Все, кто лицезрел, приходили в кошмар, – какая наивность, дескать, в суровом театре позволять для себя детские игрушки, просто курам на хохот. Я не сдавалась и вот, в денек генеральной репетиции, забравшись, в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава зрительном зале, в самую даль, просмотрела я деяния, удивившись, что все пропорции соблюдены (несложно было их утратить в крохотном пространстве, где я работала, по кускам, да еще чаше всего лежа на полу). В первом действии, которое проходило на маленькой площади бедного квартала, с облупленными каменными стенками, заклеенными всякими афишами, возвышалось ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава большущее, корявое, осеннее дерево, обнесенное стальной решеткой, и всё кругом было усыпано желтоватыми листьями, а вдаль, с горы, спускался переулок, со старенькыми фонарями, какие еще можно созидать на окраине Парижа.

Вышло полностью успешно, но я с волненьем ожидала последнего акта с полустанком, а моя приятельница, Софья Михайлова ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Радищева (мама Кирилла Радищева, героя французского Сопротивления, о котором написана моя поэма ), меньше беспокоилась за свою роль в пьесе (она очень не плохая актриса), чем за мой позор с оформленьем. В конце концов дело дошло до последнего поднятья занавеса, и вдруг, все присутствующие на репетиции, как по сговору, начали рукоплескать. То ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава же самое вышло и на самом спектакле: взрыв хлопков, просто раскат грома, перед сценой, где еще не появились актеры. Именитые сигнальные огни так прелестно горели в дали, казавшейся туманной, лилово-голубой и нескончаемой, и столько было настроенья в одиночестве полустанка и в дальних деревушках, где начали загораться ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава огоньки, что я сама себя готова была поцеловать.

Один акт этой пьесы, меж иным, был приобретен Моск­вой. Мне прислали магнитофонную ленту, которую я храню, как реликвию. Игрались артисты МХТ, театра Сатиры и театра Вахтангова. Вынуждена огласить, что парижская труппа, в какой игрались старики Павлов и Греч – бывшие артисты МХТ ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, также их ученики, и отличные актеры эмигрантской пражской труппы такого же МХТ, были на высоте и, что самое увлекательное, – прослушивая московскую игру, я опешила полной одинаковости исполненья, – так и те, и другие, идиентично сообразили свои роли и создателя. Как мне всё это было приятно и сколько волненья, когда 1-ый ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава раз была поставлена лента, и заговорили живы голоса!

Позже уже и играть было некоторому и негде. Театра больше нет нигде, артистов тоже. Существует, в Париже, студия, где молодежь старательно избавляют от возмутительного французского акцента и, нанимая временами залы для показательных спектаклей натаскивают ребят на Островского, получающегося обидно офранцуженным. В Швейцарии, в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Лозанне, есть, молвят, какая-то ревностная группа любителей, и это всё.

Меня очень тронуло то, что Вы прислали мне снимок с рисунка на печке. Прекрасно, и снова – очень «свое», потому что я сама большая любительница отрисовывать, если не на печках, которых нигде нет, то, во всяком случае, на ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава стенках. Швейцария мой пыл взнуздала: мы живем в меблированной квартире и чужие веши неприкосновенны.

Кстати, о Швейцарии. Я ее люблю больше всех государств, в каких жила длительно либо недолго, Сначала, за ее природу. Мы избаловались здесь изобильем берез и рябины, лесами, схожими на родные, и буйством цветов, которые ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава швейцарцы обожают и отлично знают, Вот уже зацвели кругом все сады и садики, скоро у нас под окнами зацветет сирень. Есть и соловьи. Кода солнце близится к закату, ветер доносит до нашего балкона запах стада, таковой знакомый, совершенно как дома, в деревне. Позже запах проходит и начинает пахнуть свежайшей, здоровой землей ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, травкой, листьями, просто не надышишься. Вообщем, кроме красы, тут много неплохого. Главное – спокойное достоинство и приветливость людей…

В 1963-м, приехав совершенно не так давно и не достаточно кого зная, мы с супругом очень захворали: Миша Максимилианович – открывшейся диабетической язвой ступни, из-за которой два раза был разговор ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава об ампутации ноги, я – нарывом в почке, камнем и общим инфецированием крови, так что нас вдвоем отвезли в лазарет, где обоих выходили, продержав четыре с половиной месяца. Во Франции это было бы адом, в Америке пригодились бы большие средства, по другому гибни, а тут, и сам лазарет, и уход, и реальная ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава любовь к человеку, которая, сама по для себя, активнее всяких фармацевтических средств, сделали эти месяцы одни из наилучших мемуаров и сильно много нам дали для мозга и сердца.

(Стихотворение «Дерево» относится к этой эпопее.)

Относительно нашего приезда на Родину: делаем всё, чтоб попасть в Москву в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава 20-х числах сентября. Основной задачей была и есть победа над ногой Миши Максимилиановича, который всего только месяц, как начал выходить и гулять… Я уже упоминала о том, что система жизни в Европе (в Америке, вообщем, все кверх ногами, – я о ней и не говорю) так отличается от той, которой живете вы все ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, что самые обыкновенные вещи нам представляются сложными, может быть конкретно поэтому, что они проще, чем тут. У нас есть только один близкий человек, который поможет и разобраться, и ориентироваться: это Ксюша Куприна, дочь писателя, вернувшаяся на Родину лет 10 вспять, как раз после того, что искрометно сыграла главную роль в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава моей пьесе «Ветер». Она, естественно, возьмет под свое крылышко незначительно рассеянных путников… Ксюша (Киса для всех) – славный друг и неплохой человек. Но, может быть, что в это время наша Киса будет занята либо в отъезде, потому что она актриса…

Мы ничего не знаем о обычный ежедневной жизни на ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Родине… Естественно, у ужаса глаза значительны, наверное, все еще проще, чем кажется.

Просмотрела свое длинноватое письмо, вижу, что совершенно не то говорила, что желала, – увлекалась во все стороны, но сейчас останавливаюсь. Вы пишете, что желали бы знать о моей жизни, а она так непозволительно длиннее Вашей и так загромождена ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава городками, скитаньями, людьми, встречами, впечатленьями, что не знаешь, какие камушки растягивать из этой большой мозаики.

Когда будете мне писать, поведайте побольше о русской литературе… Какая атмосфера, какая обстановка, что от вас требуется, как обстоит дело с изданием книжек? Не удивляйтесь, – по­верьте, что если я Вам начну тщательно ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава говорить об издательском деле крут в Европе, то Вы себя почувствуете на другой планетке и у Вас закружится голова.

Ваша карточка стоит в моем возлюбленном углу, на небольшом окне, выходящем на балкон, и окружена целым садом какого-то неведомого растенья, которое за два с половиной года разрослось из ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава маленьких 2-ух хвостиков в целое покрывало, заняв огромную стенку и норовя вылезти в другую комнату. Под Вами и растением – столик с… (спрашиваю супруга: «Как эта штука по-русски?», отвечает: «Пикоп», совершенно уж не по-русски. Оказывается, ни он, ни я не знаем! Неплохи российские!) Словом – то, что местные именуют граммофоном ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, и все любимчики здесь же, с Бетховеном во главе. Рядом – комфортное кресло, в которое я спешу сесть, когда рассвет, и читать.

Вы отыскали, что у меня «вид солидный», но ведь и годочков много, хотя я их совсем не ощущаю и характер у меня очень живой.

От всего сердца Вас целую ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава. Привет отцу, маме, сестре, отчему дому, рябине. От супруга – тоже, самый дружественный. Ах, как охото быстрее в дорогу! А ему-то каково будет повидать собственный родной Морской корпус в Ленинграде, куда мы обязательно поедем!

Ваша Вега

3.

21 августа 1968

Дорогая Светлана Львовна, пишу сильно мало, потому что 1-го сентября мы будем в ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Москве. Как кое-где пустим корешки, позвоню Вам и буду с нетерпением ожидать встречи. Всё, что вышло – выше всех ожиданий и надежд. Слов нет передать, что творится в уме и в душе… Спешу подать глас, чтоб Вы знали, что мы оба живые, Вас ни на минутку не забываем и ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава радуемся грядущей встрече. В редакции будут знать о часе прилета нашего «Туполева», также и Ксюша Куприна, которая обещала повстречать. Не распространяюсь о переживаньях, – Вы их не сможете не осознавать. Целую Вас прочно, от супруга сердечный привет. Кто произнес, что реки не текут назад?

Ваша Вега

4.

20 октября 1968

Моя дорогая Светлана ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава (упразднила Львовну и верну ее Вам через 10 лет!)

Да, страшно тяжело втягиваться во всё то, что отступило очень далековато в 1-ые же московские минутки. Есть даже чувство виноватости перед садом, который так старается утешить меня осенними красками, подделываясь под Левитана.

Не считая большой радости повидать Родину и друзей, опалам естественно, и ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава досада на то, что чего-то не доделали, чего-то не досмотрели, о кое-чем не договорили, в особенности мы с Вами, – ведь столько хотелось спросить, столько выяснить, осознать, а всё свелось к оборванным встречам, из которых самая значимая – наш визит в общежитье, где вся атмосфера и, главное, Ваши ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава этюды дали больше Вас, чем где бы то ни было в другом месте. Здесь на данный момент даже такие мелочи огорчают, как то, что я, к примеру, не увидела сходу дивных редисок, которые отыскала на подоконнике в номере «России», не осознав, откуда взялось такое волшебство, а когда ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава супруг произнес, что оно принесено Вами, я возмутилась, что обычного «спасибо» не произнесла, при этом все-же забыла позже, в аэропорту, поблагодарить! Сейчас эти редиски прибавились к тому, как трогательно и тепло Вы меня проводили до самой посадки в самолет, и я произнесла бы, как это для меня ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава ценно, если б не страшилась расчувствоваться и впасть в сентиментальность.

Живу с ощущеньем захлопнувшейся двери. Оба мы верим, что она раскроется, но когда и как?.. Отлично, что есть масса работы, и что вся она спешная, по другому было бы нелегко. Помогают и различные вещицы, привезенные с собою и будто бы пахнущие ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава Москвой: матрешки в ряд, самовар на подносе, янтарь на шейке, остатки икры в холодильнике и, на знатном месте, – дудочка Алены и Ваш костяной домовой (которому в самом скором времени наденут ошейничек, чтоб носить на цепочке). Он, кстати, совершенно не желал от Вас уходить ко мне, а тем ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава паче улетать в Швейцарию: дважды выскакивал из сумки, в самолете и на вокзале, но удрать не сумел, – я за ним следила, держала в строгости.

Пишите мне, – так необходимо, чтоб контакт укреплялся!

Супруг шлет Вам привет, а я от всего сердца целую и желаю фортуны во всем, и рисуйте, рисуйте ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава много, а когда-нибудь пришлите мне какой-либо небольшой этюд, которого не жалко, и это будет большой радостью.

Ваша Вега

5.

8 декабря 1968

Дорогая Светлана, растерялась и заплуталась посреди самых различных дел. На первом месте – подготовка книжки, происходящая в большей степени в голове, – потому что я привыкла нескромно повторять слова Расина: «Книга готова ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, остается ее написать». Пока снутри меня не улеглись мысли, образы и слова, пока я не ощутила их пропорции и всего остального, я бумагу не порчу, и со стороны кажется, что ничего не делаю, на самом же деле делаю и больше, и сложнее, чем когда сажусь барабанить странички.

Но какая удовлетворенность – читать ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава все красивые книжки, которыми меня задарили в Москве! Как вопиюще, как грустно не много знали мы тут о истинной русской стране, как нехватало ее подлинного лица, только мерцавшего через военные сводки, всегда на 90% затушенные паразитами в подпольных радиоаппаратах, во время самых ужасных и геройских военных операций! Как ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава непонятно мы для себя представляли ту жизнь, когда о ней меркло и жадно гласили даже свидетели, даже люди с Родины! Что делали бы люди, не будь на свете писателей? Постыдно признаться, но сейчас я вижу, что местное представление о русском человеке очень похоже на те портреты, которые делаются ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава «по четкому описанию», заочно, либо на собственное мое, – в детстве, – представление об Великобритании, которое я строила по Диккенсу, с Лондоном, пересаженным мною в Петербург, неописуемо липовым, но казавшимся мне реальным. Книжки иметь было очень тяжело. Когда они начали появляться в продаже, в Европе, то на их было надо записываться ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава, книжные магазины всё путали, по заглавию не угадаешь, что стоит читать, вот и выходило, что мы все топчемся на произведениях времен штатской войны, да на белогвардейцах, приевшихся до оскомины, как в жизни, так и в литературе…

Вспоминаю, что одна знакомая российская, в Берне, произнесла мне как-то, что у нее случаем «завалялась ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава» какая-то кислая книга, которую у нее не хватает духа прочесть. Это оказалась очаровательная лирическая повесть Владимира Солоухина, совсем меня очаровавшая. Прочитав и возвращая ее моей знакомой, я кое-что поведала о прочитанном, после этого очень скоро произнесла мне по телефону, что «зачиталась», читала до утра и ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава пришла в экстаз. Позже она же только и гласила, что о Суздале, о Загорске, о кружевницах и охала, что ничего этого никогда не знала. Ну и кто знал, не считая профессионалов в той либо другой области, ну и то только «о прошлом», не представляя для себя, как это ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава прошедшее подросло, перебежало в истинное и что оно из себя сделало… Простите, что я так распространяюсь на волнующие меня темы. Вас, Алену, тыщи Ваших современников не может ничто поражать в собственном доме, который все вы, так либо по другому, строите. Невольно навязывается небольшой смешной рассказ про лягушку, пораженную океаном и спросившую у ЕДИНСТВЕННОЙ ЗВЕЗДЕ НАД БЕРНОМ 1 глава рыбы: «Ну, как у вас там, в океане?» – «В каком-таком океане?» – опешила рыба, для которой это волшебство было обычной стихией. Я себя ясно вижу в роли таковой лягушки!


edinij-nalog-na-vmenyonnij-dohod.html
edinij-perechen-obektov-kinopokaza-s-ukazaniem-ih-harakteristik-spisok-subektov-rossijskoj-federacii-po-sostoyaniyu-na1-yanvarya2012-goda-stranica-13.html
edinij-perechen-obektov-kinopokaza-s-ukazaniem-ih-harakteristik-spisok-subektov-rossijskoj-federacii-po-sostoyaniyu-na1-yanvarya2012-goda-stranica-18.html